Рынки, слабость американской экономики сейчас очевидна практически для любого. Однако переход США от бума к падению может вскрыть слабость и более мелких экономик.

Нынешний мировой кризис ликвидности в ближайшем будущем имеет все шансы перерасти в своего рода зеркальное отражение азиатского коллапса 1997-98 годов. Тогда основными «жертвами» стали экономики Юго-Восточной Азии, динамично росшие до кризиса, испытавшие на себе крушение перегретых рынков недвижимости и иных активов, подпитываемых до момента обвала спекулятивными иностранными инвестициями. Сейчас эта самая незавидная роль с определенными поправками на масштабы экономики вполне может достаться Соединенным Штатам. При этом, как и во время предыдущего кризиса, одним из непосредственных его триггеров, скорее всего, будет чрезвычайная зависимость страны от потока иностранного капитала, то есть существенное отрицательное сальдо платежного баланса. Этот поток финансиро¬вания имеет одно неприятное свойство; в один прекрасный момент обрываться, чрезвычайно быстро выправляя торговый дисбаланс, попутно оставляя эконо¬мику страны «в руинах».
Эти уроки заставляют экономистов с опаской взирать на страны, копирующие по своим макроэкономическим показателям «азиатских тигров» конца 1990-х. Во многом это относится к США, отягощенным горькими последствиями бума недвижимости и имеющим рекордное по абсолютным цифрам отрицательное сальдо торгового баланса. Однако у некоторых бурно развивавшихся в последние годы экономик дела обстоят даже хуже. Налицо почти все симптомы надвигающегося кризиса: и недавний бум недвижимости, сменившийся резким спадом, и надвигающиеся дефолты по кредитам домохозяйств, и фантастическая зависимость от внешнего финансирования, и другие, весьма специфические проблемы. Их низкая эффективность до поры до времени скрывалась благодаря мощному мировому росту и оптимистическому настрою крупных инвесторов.

Кто в группе риска? Наибольшую тревогу у экспертов вызывают сегодняшние двойники «азиатских тигров», страны Восточной Европы и Балтии. По масштабам экономических проблем некоторые восточноевропейские экономики давно превзошли известных западноевропейских аутсайдеров - Португалию, Италию, Грецию и Испанию. По аналогии с лидерами emerging markets BRIC не очень-то вежливые инвесторы неофициально прозвали их PIGS (Portugal, Italy, Greece, Spain).

В пылу азиатского кризиса самыми уязвимыми оказались экономики с наибольшим отрицательным сальдо платежного баланса. Так, к его началу Малайзия, Индонезия, Филиппины и Южная Корея пришли с многолетним отрицательным сальдо торгового баланса, колебавшимся в предкризисном 1996 году в районе 4,5-5% ВВП. Наиболее пострадавший постфактум Таиланд показывал тогда 7,9% ВВП (в предыдущие годы этот показатель достигал 8% ВВП). Азиатский кризис (а также и в некоторой степени российский 1998 года) был всего лишь неизбежным выравниванием этих дисбалансов: привлеченные с Запада деньги разогрели местные рынки (прежде всего фондовый рынок и недвижимость), а потом так же быстро покинули эти страны, оставив местные экономики в ситуации глубочайшего кризиса. С макроэкономической точки зрения отрицательное сальдо торгового баланса не является устойчивым состоянием: рано или поздно происходит его выравнивание, и чем сильнее этот дисбаланс, тем острее будут последствия.
«Азиатские тигры» за свой рост в 90-е уже дорого заплатили и с тех пор вели
разумную и даже опасливую экономическую политику, стараясь не накапливать много долгов (той же политики придерживалась после 1998 года и Россия). Но мало кто учится на чужих горьких уроках.